Кассация отказала в списании долгов обвиняемому в поджогах

Арбитражный суд округа отказался освобождать от обязательств должника, которого обвиняют в серии поджогов зданий. Кассация указала, что версия о мошенниках может быть прикрытием для подготовки преступления, поэтому ее следует проверить.

Суть спора

В марте 2025 года суд признал Данилу Г. банкротом. В ноябре того же года управляющий попросил завершить процедуру реализации имущества. Кредитор — Азиатско-Тихоокеанский Банк — выступил против списания долга в 882 тыс. рублей. Заемщик успел внести три платежа по договору от сентября 2024 года на сумму 76,5 тыс. рублей, после чего выплаты прекратились со 2 октября 2024 года, когда должник оказался в СИЗО.

Ему вменяют преступления по ч. 1 ст. 281 и ч. 1 ст. 205 УК — поджоги зданий. Данила Г. пояснил, что оформил кредит под воздействием мошенников и перевел им деньги. Однако банк указал на странное совпадение дат: средства могли пойти на подготовку терактов.

Позиция нижестоящих судов

Первая инстанция и апелляция освободили должника от обязательств. Суды учли, что до ареста среднемесячный заработок Данилы Г. составлял 90,2 тыс. рублей — этого хватало для платежей. Суды приняли во внимание версию о мошенниках и не нашли доказательств противоправных целей при заключении договора.

Банк обжаловал решения в кассации.

Что решил окружной суд

Кассация отменила судебные акты в части освобождения Данилы Г. от обязательств и направила дело на новое рассмотрение.

Суд напомнил, что банкротство создано для реабилитации добросовестных граждан, а к должникам предъявляются повышенные требования честности.

Перечень незаконных действий не ограничивается теми случаями, которые прямо перечислены в законе о банкротстве (п. 45 постановления Пленума ВС РФ от 13 октября 2015 года № 45). Эта норма направлена на то, чтобы не освобождать от обязательств тех, чьи долги возникли из общественно опасных деяний.

Нижестоящие суды, по мнению кассации, не оценили доводы банка о недобросовестности должника. Данила Г. заявил о переводе денег мошенникам, но не обратился в полицию и не предоставил выписки по счету. При таких обстоятельствах он был обязан раскрыть информацию о конечных получателях средств, чего сделано не было.

Окружной суд также счел обоснованными опасения банка о том, что кредитные средства могли быть направлены на подготовку преступления. Если выяснится, что это так, обязательства возникли не из-за сложной жизненной ситуации, а из незаконных действий.

При этом нижестоящие суды оставили без проверки версию самого должника о влиянии мошенников, хотя она существенна для квалификации его поведения. Суд подчеркнул, что механизм банкротства не должен становиться инструментом ухода от ответственности за правонарушения.