Кассация разъяснила, что бремя доказывания принадлежности имущества должнику лежит на управляющем

Арбитражный суд Поволжского округа отменил акты нижестоящих инстанций, указав на необходимость оценить доводы заявителей об отсутствии у них информации о публикациях в ЕФРСБ.

Суть спора

В рамках дела о банкротстве ООО «Йолдыз» Ильнур А., Мансур Г., Рашид Г. и Ильгиз Х. обратились с заявлениями об исключении из конкурсной массы 25 объектов недвижимости — коровников, складов, зернохранилищ и других построек. Они указали, что эти объекты расположены на принадлежащих им земельных участках и не являются собственностью должника.

Позиция нижестоящих судов

Суд первой инстанции отказал заявителям, отметив, что заявители не представили доказательств зарегистрированного права собственности на спорные объекты. Также они выбрали неверный способ защиты права (исключение имущества из конкурсной массы вместо обращения с иском о сносе самовольной постройки по ст. 222 ГК РФ).

Суд указал, что заявители пропустили трехлетний срок исковой давности, который исчисляется с момента публикации инвентаризации в ЕФРСБ в 2019 году.

Апелляция согласилась с выводами о пропуске срока и недоказанности прав на строения и учла, что конкурсный управляющий включил объекты в конкурсную массу не как недвижимость, а как строения под слом с реализацией в качестве строительных материалов. Однако это не повлияло на вывод: заявители не подтвердили свои права, а их обращение преждевременно.

Заявители подали совместную кассационную жалобу, указав, что доказательств принадлежности объектов должнику нет, ранее суд уже отказал ему в признании права собственности. Заявители не участвовали в банкротстве и узнали о нарушении прав только в марте 2025 года. Суды не проверили, на каком основании объекты включены в конкурсную массу как строения под слом.

Решение кассации

Арбитражный суд Поволжского округа 11 июня 2026 года отменил акты нижестоящих инстанций и направил спор на новое рассмотрение в суд первой инстанции. Суд указал:

1. Суды ошибочно отсчитали срок исковой давности с публикации инвентаризации в 2019 году, не проверив доводы заявителей, что они не участвуют в деле о банкротстве и узнали о нарушении прав лишь в марте 2025 года.
2. Конкурсный управляющий включил спорные объекты в конкурсную массу не как недвижимость, а как строения под слом. Их продажа даст покупателям доступ на земельные участки заявителей, что напрямую угрожает их правам. Однако суды не установили, когда именно заявители узнали о таком характере включения имущества.
3. В силу ст. 131 и ст. 142 закона о банкротстве в конкурсную массу нельзя включать имущество третьих лиц, а вопросы его исключения решаются в рамках дела о банкротстве. Суды необоснованно потребовали от заявителей доказательств права на строения, хотя те выступают как собственники земли, а не построек. Именно конкурсный управляющий обязан доказать, что имущество принадлежит должнику.
4. Суды не исследовали основания включения в конкурсную массу строительных материалов, расположенных на чужих участках, и не оценили, что продажа объектов создает реальную угрозу правам заявителей, а также не определили момент возникновения этой угрозы.

При новом рассмотрении суду необходимо установить, когда заявители узнали о включении объектов в конкурсную массу именно как строительных материалов, правильно распределить бремя доказывания принадлежности имущества должнику, а также проверить основания включения объектов и обоснованность их квалификации как «строений на слом».