Кассация установила, что доказывать расходование средств в интересах семьи должен кредитор

Арбитражный суд Поволжского округа отменил решения нижестоящих судов и указал, что они не выяснили, на что фактически были потрачены выведенные должником деньги, и без достаточных оснований отнесли деликтный долг к общим обязательствам супругов.

Суть спора

В марте 2024 года ООО «Волга Строй Сервис» инициировало банкротство Сергея О., в мае суд ввел реструктуризацию долгов, а в ноябре признал должника банкротом, открыв реализацию имущества.

В рамках банкротного дела в реестр включили требование кредитора на сумму 88,77 млн рублей. Основанием послужили судебные акты о взыскании неосновательного обогащения и убытков: в 2014–2017 годах, руководя обществом, Сергей выводил средства на личный счет.

Кредитор потребовал признать этот долг общим для Сергея и его супруги Ирины О., состоящих в браке с апреля 2002 года. По его мнению, полученные деньги были сбережены или израсходованы на семью, в том числе на приобретение дорогостоящего имущества, оформленного на третьих лиц и родственников.

Позиции нижестоящих судов

Суд первой инстанции удовлетворил заявление, указав, что задолженность возникла в браке вследствие неосновательного обогащения, а полученные деньги поступили в совместную собственность супругов.

При этом суд отметил, что супруги не представили доказательств расходования средств не на нужды семьи и не раскрыли источники семейных доходов в спорный период.

Доводы супругов о том, что средства направлялись на развитие бизнеса и финансирование подконтрольных структур, суд отклонил, указав, что должник не увеличивал уставные капиталы за счет личных средств, не вносил безвозмездных вкладов и не пополнял оборотные фонды, а выдача займов не исключает последующего использования возвращенных средств на семейные нужды.

Апелляция оставила решение нижестоящего суда в силе, дополнительно сославшись на анализ счетов должника, проведенный финансовым управляющим, и отклонила доводы Ирины О. о неосведомленности. 

Суд отметил, что она, став директором общества-кредитора в 2018 году, не могла не знать о платежах в адрес бывшего руководителя и своим бездействием по взысканию средств фактически разделила ответственность.

Позиция окружного суда

Кассация отменила решения нижестоящих инстанций и направила дело на новое рассмотрение в Арбитражный суд Самарской области. Окружной суд указал следующее:

1. Суды признали общим долгом всю сумму 88,77 млн рублей, но фактически рассматривали только требования о неосновательном обогащении, хотя основанием были также убытки и проценты. Разграничить эти требования было необходимо.

2. Согласно п. 2 ст. 45 СК РФ, общими являются обязательства, возникшие одновременно для обоих супругов из единого основания, а также обязательства из сделок одного из них с согласия другого, если все полученное пошло на нужды семьи.

3. Согласно Обзору судебной практики ВС РФ № 1 (2016), презумпция общего долга супругов отсутствует — долг считается личным, пока не доказано его расходование на семью. Доказывать это должен тот, кто требует признания долга общим.

4. В соответствии с п. 46 Обзора по делам о банкротстве граждан (утв. Президиумом ВС РФ 18 июня 2025 года), долги, связанные с предпринимательской деятельностью должника, являются его личными. А п. 47 того же Обзора указывает: деликтное обязательство, возникшее вследствие причинения вреда одним из супругов, также не считается общим при отсутствии совместных действий супругов.

5. Само по себе возникновение долга в браке не делает его общим и не означает, что он возник по инициативе обоих супругов.

6. Нижестоящие инстанции не выяснили, на что именно были потрачены выведенные на личные счета должника деньги. Должник приводил доказательства того, что средства направлялись на развитие бизнеса и финансирование подконтрольных обществ через займы.

7. Выводы судов об отклонении этих доводов носили предположительный характер. Кроме того, супруги представляли сведения о доходах за спорный период, вопреки утверждению апелляционного суда об обратном.

8. Ссылка апелляции на анализ счетов, проведенный финансовым управляющим, является несостоятельной. Этот анализ представлял собой лишь перечисление отдельных операций по одному счету без привязки к периоду возникновения долга, а анализ иных счетов, на которые выводились спорные средства, не проводился.

Такая позиция кассации меняет сложившийся прокредиторский подход в таких спорах. Теперь только лишь факта обналичивания денег одним из супругов недостаточно, чтобы переложить бремя доказывания на него. Кредитор при содействии суда должен представить совокупность косвенных доказательств, подтверждающих, что средства пошли именно на нужды семьи.