Кассация разъяснила, что суды обязаны проверять, кто реально пользуется имуществом банкрота

Окружной суд отменил решения нижестоящих судов об отказе во взыскании с бывшего чиновника-банкрота 63 млн рублей, оформленных на брата, и направил дело на новое рассмотрение.

Суть спора

В сентябре 2022 года Арбитражный суд признал банкротом Евгения Е. До этого, в ноябре 2021-го, его осудили за хищение 400 млн рублей при строительстве космодрома Восточный.

Финансовый управляющий инициировал обособленный спор, настаивая на том, что должник является фактическим владельцем активов, оформленных на его брата Максима Е. В заявлении речь шла о признании права собственности должника на квартиру в Москве (почти 180 кв. м), огромный дом (687,5 кв. м) с участками и гаражом в Горках-2 (элитный поселок) и 90% доли в уставном капитале фирмы «Ильинское».

По мнению управляющего, сделки по приобретению этого имущества носили притворный характер (п. 2 ст. 170 ГК РФ): покупал все должник, но записал на родственника, чтобы спасти активы от взыскания.

В обоснование своей позиции управляющий представил суду косвенные доказательства: отчеты детективного расследования, согласно которым сам должник летом 2024 года пытался продать дом и вел переговоры как хозяин. Также свидетели рассказали, что квартиру в Москве должник купил, еще когда был чиновником, но оформил на брата. В уголовных делах фигурировала информация, что Евгений Е. часто переписывал имущество на родню, чтобы его не отобрали.

И главное: официальный доход брата за пять лет (2019–2024) — всего 24 тыс. рублей. Но дом в Горках-2 он купил за 63 млн рублей наличными. Откуда деньги — непонятно.

Позиция нижестоящих судов

Суд первой инстанции и апелляция отказали в удовлетворении требований. Они указали, что, раз право собственности зарегистрировано на брата в ЕГРН, значит, все законно. А то, что родственники живут вместе или ведут общее хозяйство, не доказывает мнимость сделок.

Позиция Арбитражного суда округа

Вышестоящая инстанция с таким подходом не согласилась, отменила принятые судебные акты и направила дело на пересмотр. Кассация указала, что нижестоящие суды подошли к спору поверхностно. Вместо проверки доводов о притворности (прикрытии иных отношений) они фактически оценивали сделку на предмет мнимости, что не одно и то же.

Окружной суд указал на обстоятельства, оставленные без внимания нижестоящими инстанциями:

• Судьи не стали разбираться, притворная это сделка или нет. Они не проверили, как Максим Е. с доходом 24 тыс. рублей за пять лет смог купить имущество на 63 млн рублей наличными.
• Не установлено, кто именно пользуется объектами и несет бремя их содержания — должник или его брат.
• Остался без оценки приговор по уголовному делу, где Евгения Е. признали виновным в хищении 400 млн рублей и его привычку прятать активы.
• Максим Е. не исполнил требование суда о предоставлении подтверждения своей финансовой состоятельности. Управляющий принес косвенные доказательства (отчеты детектива, показания свидетелей), которые вызывают сомнения, значит, уже брат должен доказывать, что деньги у него были и он их честно заработал.

Дополнительным основанием для отмены стало то, что суд первой инстанции самостоятельно применил срок исковой давности, хотя ответчики и должник о его пропуске не заявляли.

В итоге Арбитражный суд округа направил спор на новое рассмотрение в первую инстанцию, указав: при наличии косвенных доказательств и родственных связей нельзя формально доверять только выпискам из реестров. Нужно выяснять, кто реально владел имуществом, платил за него и жил в нем.