Субсидиарка переросла в спор об убытках и выборе способа защиты

Арбитражный суд кассационной инстанции отменил судебные акты первой и апелляционной инстанций по делу о банкротстве, в рамках которого конкурсный управляющий пытался привлечь к ответственности руководителей «фирм-однодневок», участвовавших, по версии заявителя, в выводе и обналичивании денежных средств должника. Юрист по взысканию и банкротствам, автор Telegram-канала «Юридические системы и технологии» Дмитрий Татаринцев специально для «Рынка Взыскания» разобрал этот кейс.

Суть спора

Конкурсный управляющий подал заявление о привлечении к субсидиарной ответственности контролирующих должника лиц и руководителей организаций с признаками «фирм-однодневок». Изначально требования были предъявлены к тридцати двум физическим лицам. В ходе рассмотрения управляющий отказался от требований к пяти ответчикам. В отношении оставшихся двадцати восьми ответчиков суд первой инстанции признал наличие оснований для субсидиарной ответственности.

По версии заявителя, ответчики являлись генеральными директорами или индивидуальными предпринимателями компаний, через которые проходили денежные средства должника по мнимым договорам. Целью таких компаний было не ведение реального бизнеса, а обналичивание средств.

В обоснование требований управляющий ссылался на решения налогового органа, которые установили факты уклонения от уплаты налогов через включение в декларации ложных сведений о перечислениях в адрес «фирм-однодневок». Также он указывал на неисполнение обязательств по договорам цессии: должник получал крупные суммы, но вместо покупки векселей для расчетов с кредиторами направлял деньги на займы аффилированным лицам и обналичивание. Финансовый анализ показал, что с 2017 года у должника были критически низкие коэффициенты ликвидности и обеспеченности обязательств активами. Ряд сделок должника уже были признаны судом недействительными, что подтверждало причинение вреда кредиторам. Кроме того, управляющий настаивал, что все ответчики извлекали выгоду из незаконного поведения и потому считаются контролирующими лицами.

Позиция первой инстанции

Суд первой инстанции удовлетворил заявление конкурсного управляющего и признал наличие оснований для привлечения ответчиков к субсидиарной ответственности.

Суд исходил из того, что ответчики, являясь руководителями «фирм-однодневок», подпадают под категорию контролирующих лиц. Кроме того, суд установил наличие презумпций, предусмотренных статьей 61.11 Закона о банкротстве. Речь шла о совершении сделок, признанных недействительными, и выводе активов через «фирмы-однодневки», что подтверждалось решениями налогового органа и судебными актами. Также суд принял во внимание искажение отчетности и отсутствие документов, что подтвердилось решениями ФНС.

Суд принял во внимание финансовый анализ, показавший, что неплатежеспособность должника наступила в 2017 году и совпала с периодом активного использования «фирм-однодневок» для обналичивания денежных средств. Поскольку денежные средства были выведены и кредиторы не получили удовлетворения, суд посчитал ответчиков обоснованно привлеченными к субсидиарной ответственности.

Апелляция: отказ от субсидиарной ответственности и взыскание убытков

С судебным актом первой инстанции не согласились только четыре ответчика из двадцати восьми. Они подали жалобы в суд апелляционной инстанции. Их доводы сводились к тому, что отсутствуют доказательства наличия у них статуса контролирующего должника лица, не доказано, что именно они причинили вред кредиторам, и отсутствуют доказательства аффилированности должника и ответчиков.

Суд апелляционной инстанции отменил судебный акт первой инстанции, отказал в привлечении к субсидиарной ответственности и переквалифицировал требования во взыскание убытков.

Апелляция указала, что материалы дела не содержат доказательств наличия у ответчиков статуса контролирующих должника лиц или возможности давать должнику обязательные указания. Также не была доказана прямая причинно-следственная связь между действиями ответчиков и наступлением банкротства должника. Поэтому основания для привлечения к субсидиарной ответственности по статье 61.11 Закона о банкротстве отсутствовали.

При этом суд решил, что даже при недоказанности субсидиарной ответственности с ответчиков можно взыскать убытки на основании статьи 53.1 ГК РФ и статьи 61.20 Закона о банкротстве. Апелляция установила, что в период с 2018 по 2019 год должник перечислял ответчикам денежные средства без встречного предоставления за транспортные услуги, которые фактически не были оказаны или не подтверждены документально. Ответчики не представили доказательств реальности хозяйственных отношений и возмездности сделок, несмотря на то что бремя доказывания было переложено на них. На момент совершения платежей у должника уже имелась непогашенная кредиторская задолженность, а сами платежи свидетельствовали о выводе активов. Суд установил, что действия ответчиков причинили должнику реальный ущерб в размере перечисленных сумм, что и послужило основанием для их взыскания.

Кассация: акты отменены, дело направлено на новое рассмотрение

Ответчики не согласились с судебным актом апелляционной инстанции и подали кассационные жалобы. Суд кассационной инстанции отменил судебные акты первой и апелляционной инстанций и направил дело на новое рассмотрение в суд первой инстанции.

В обоснование своего решения суд кассационной инстанции указал, что нижестоящие суды, установив отсутствие у ответчиков статуса контролирующих лиц, ошибочно применили нормы материального права. В частности, апелляционный суд взыскал корпоративные убытки по статье 53.1 ГК РФ с лиц, которые не являются контролирующими. Для взыскания убытков по этой статье необходимо доказать наличие доверительного управления должником, то есть фидуциарных отношений, чего в данном случае сделано не было.

Суд округа также пришел к выводу, что суды первой и апелляционной инстанций не установили все фактические обстоятельства, имеющие значение для дела, и не дали надлежащей оценки всем доводам сторон. Поскольку ранее суды не исследовали вопрос о статусе ответчиков по отношению к должнику и причинно-следственную связь между их действиями и банкротством в полном объеме, дело было направлено на новое рассмотрение.

Что предписано установить при новом рассмотрении

При новом рассмотрении суду первой инстанции предписано установить дату объективного банкротства должника, определить причинно-следственную связь между действиями ответчиков и банкротством, а также определить существенность сделок для наступления банкротства. Кроме того, суд должен определить статус ответчиков с учетом законодательства и практики Верховного Суда Российской Федерации.

Отдельно кассация предписала предложить конкурсному управляющему выбрать иной способ защиты нарушенных прав, например оспаривание сделок, а не взыскание убытков с некорпоративных лиц.

Главный вывод

Кассация подтвердила, что привлечение к субсидиарной ответственности и взыскание корпоративных убытков требуют доказанного статуса контролирующего лица, наличия фидуциарных отношений и причинно-следственной связи с банкротством. Само по себе участие в цепочке платежей через «фирмы-однодневки» не заменяет этих условий.

Дело возвращено в первую инстанцию. Конкурсному управляющему, вероятно, придется пересмотреть стратегию защиты интересов кредиторов и рассмотреть оспаривание сделок.