Без права голоса: почему учредитель фирмы не смог остановить ее банкротство в суде

Суды апелляционной и кассационной инстанций отказали учредителю компании-банкрота в удовлетворении жалоб на решение о признании должника банкротом. Единственный довод заявителя — ненадлежащее уведомление о собрании кредиторов — был признан несостоятельным. Юрист по взысканию и банкротствам, автор Telegram-канала «Юридические системы и технологии» Дмитрий Татаринцев специально для «Рынка Взыскания» объясняет, почему совладелец организации остался без права голоса.

Суть спора

Арбитражный суд ввел в отношении московского ООО «Семь Энергий» процедуру конкурсного производства. Ранее в компании уже действовало наблюдение. Временный управляющий провел финансовый анализ и пришел к выводу о невозможности восстановления платежеспособности. Первое собрание кредиторов решило ходатайствовать перед судом о признании должника банкротом. Суд рассмотрел отчет управляющего и удовлетворил ходатайство.

С этим решением не согласился бывший директор и совладелец должника Антон Котов. Он подал жалобы в апелляционную и кассационную инстанции, приведя только один довод: его ненадлежащим образом известили о проведении первого собрания кредиторов 15 июля 2024 года. По мнению заявителя, это нарушило его права и сделало решение суда первой инстанции незаконным.

Почему суды отказали

Суды отклонили жалобы, указав на несколько обстоятельств.

Во-первых, временный управляющий направил уведомления о созыве собрания всем кредиторам, уполномоченному органу, контролирующим органам, должнику и участнику должника заказными письмами. Согласно отчету о вручении, ООО «Семь Энергий» получило письмо 11 июля 2024 года — за четыре дня до собрания. Кроме того, 1 июля 2024 года сообщение о собрании было размещено в открытом доступе на сайте ЕФРСБ, что позволяло ознакомиться с материалами.

Во-вторых, даже если бы участник принял участие в собрании, он не имел права голоса. Согласно п. 3 ст. 72 Закона о банкротстве, представитель учредителей участвует в первом собрании кредиторов без права голоса. Значит, его присутствие не могло повлиять на решения конкурсных кредиторов.

В-третьих, решения первого собрания кредиторов от 15 июля 2024 года не были признаны недействительными, и заявление об этом в суд не поступало. При таких обстоятельствах у суда не было оснований для отмены обжалуемого решения.

Итог

Участник должника не смог оспорить введение конкурсного производства. Суды признали его доводы необоснованными, опираясь на надлежащее уведомление о собрании кредиторов, отсутствие у участника права голоса и тот факт, что решения самого собрания не были обжалованы.