Автомобиль общий — долги личные: гендиректор ПКО «РимБорсо» Дмитрий Базюкин о работе в сегменте каршеринга

Каршеринг продолжает набирать популярность в России. Согласно исследованию Т-Банка, в 2023 году российский рынок шеринга, куда входит и сегмент автомобилей, вырос в два раза по сравнению с предыдущим годом — до 86 млрд рублей. В 2025 году популярность услуги продолжает увеличиваться из-за подорожания автомобилей и недоступности кредитов. Каршеринг стал неотъемлемой частью жизни для людей, которые не хотят или не могут позволить себе покупку автомобиля.

Вместе с популярностью сервиса растут и долги клиентов за аренду, ущерб и штрафы перед компаниями, создатели которых изначально не учитывали коллекшн в своих моделях. В результате крупные игроки вынуждены формировать собственные отделы по работе с должниками и выходить на рынок цессий.

Об особенностях взыскания «каршеринговых долгов» и сложностях с продажей таких портфелей в интервью «Рынку Взыскания» рассказал Дмитрий Базюкин, генеральный директор ПКО «РимБорсо», которая специализируется на возврате долгов за арендованные авто.

— ПКО «РимБорсо» специализируется на взыскании каршеринговых долгов. Из чего состоят эти долги и как они образуются?

— Сама суть возникновения таких долгов сильно отличается от классического финансового сектора. В банке клиент приходит за услугой, получает деньги на свою персональную цель и заранее понимает, что это ссуда. То есть заемщик осознает, какой процент нужно платить, какие сроки, как адаптировать кредит в свою обыденную жизнь. Если мы говорим о каршеринге, то, арендуя машину, человек в первую очередь в голове держит то, что он получает некую логистическую опцию. Мысли о том, что могут возникнуть дополнительные финансовые обязательства, как правило, не возникает.

Долги в этой отрасли можно разделить на три ключевые части: за саму аренду, за ущерб и штрафы, не подразумевающие прямого физического урона.

Первый тип возникает тогда, когда клиент взял транспортное средство, не рассчитал свои возможности по оплате или использовал его дольше, чем хотел, что приводит к формированию непогашенного обязательства.

Второй вариант — ущерб — начисляется, когда клиент нанес прямой урон компании, которой принадлежит авто. ДТП по вине арендатора, порча имущества в противоправных действиях — таковы распространенные обстоятельства.

Третий тип — штрафы. Иногда каршеринговые компании сталкиваются с репутационным ущербом, который возникает из-за действий клиентов. Например, кто-то купил бургер и кофе, пообедал в машине и не убрал за собой. Далее машину планирует арендовать другой человек, но, обнаружив в салоне мусор, отказывается от решения. За подобное безответственное отношение предусмотрены финансовые санкции.

Работа с каждым из этих типов разнится. Если, например, речь идет о ДТП, которое произошло по вине арендатора, то в Москве такие инциденты оформляются достаточно быстро. У взыскателей есть необходимая документация со стороны ГИБДД, поэтому мы можем ее использовать в работе с должником. Или он сам может ее предоставить в каршеринговую компанию.

Если данные невозможно получить оперативно, то на разбирательства уходит время, так как бывают ситуации, где не все очевидно. Допустим, невозможно сразу заметить поломку. В таких случаях сложнее обосновать природу возникновения долга. Именно этим фактором объясняется требование фотографировать автомобиль во время приемки-сдачи. Каршеринговая компания никогда не будет просто так вешать на клиентов недоказанные долги. Это долго и проблематично, поэтому бизнес не заинтересован в голословном обвинении.

Несмотря на это, мы часто видим, что люди опрометчиво пренебрегают данной фиксацией, что потом существенно осложняет положение дел и для них лично, и для арендатора.

Довольно трудно выделить точную долю этих сегментов в процентном соотношении, поскольку рынок каршеринга претерпевает изменения. В целом можно предположить, что долги по аренде не так велики. Большая часть, примерно 60%, приходится на обязательства по возмещению ущерба, а 40% — на штрафы по договорам.

— Расскажите, пожалуйста, какой сейчас средний чек должника, поступающего к вам в работу?

— Тут тоже нельзя ответить однозначно ввиду сегментированной дифференциации обязательств. Например, за аренду чек может варьироваться в пределах нескольких сотен рублей, если речь идет о традиционной модели, когда машина берется на непродолжительное время.

Однако каршеринговые компании не стоят на месте. Например, в последние два месяца в России появилось предложение «выкуп автомобиля через аренду». Оно предполагает форму владения транспортным средством с внесением платежей в рамках длительного срока, по истечении которого авто переходит от компании к арендатору, если все условия по договору соблюдены. Статистики по этому типу продукта пока нет, так как речь идет о нововведении.

По ущербу тоже все сильно разнится. Бывают небольшие долги по ДТП, а бывают и те, что доходят до десятков и сотен тысяч, если речь идет о серьезных повреждениях механизмов машины.

Разброс штрафов по договорам в среднем составляют 10–20 тыс. рублей. Самые крупные чеки — от 100 тыс. рублей — дрифт, передача руля третьим лицам и вождение в состоянии алкогольного либо наркотического опьянения.

— Каршерингом пользуются не только физлица, но и юрлица. Какую долю портфеля сегодня занимают долги юрлиц?

— Направление еще развивается, поэтому могу судить только по тому объему, который передается нам в работу. Доля таких долгов довольно небольшая и составляет примерно 5% от всего числа. Полагаю, что это объясняется большей финансовой устойчивостью юридических лиц по сравнению с физическими.

— Каршеринг у молодежи сегодня часто заменяет первый автомобиль. Много ли среди ваших должников молодых людей 18–20 лет? Есть ли какая-то особенность взыскания у такой категории должников?

— Для начала отмечу, что рынок каршеринга постоянно трансформируется. 98% бизнеса приходится на четыре ключевых игрока, что объясняет динамику. Компании развиваются и ищут новые ниши, форматы и аудиторию.

Работа с молодыми людьми от 18 лет — это услуга, доступная у всех ключевых участников отрасли. Скорее всего, рост в этой категории продолжится, так как финансовая ситуация такова, что приобрести личный автомобиль юному гражданину довольно проблематично, учитывая рост стоимости кредитов и техники.

Говорить о том, что работа по задолженности с молодыми людьми как-то отличается от остальных возрастных категорий, невозможно, так как она предопределена законодательно. Например, мы используем стандартные инструменты досудебной и судебной практики. Другое дело, что эффективность коммуникации с молодой аудиторией, конечно, отличается от показателей в сегменте более взрослой и состоявшейся части клиентов, имеющих постоянную работу и заработок.

— За шесть месяцев 2025 года рынок цессий в сегменте банков и МФО прибавил в годовом отношении 20–30%. При этом отмечается «омоложение просрочки». Поддерживается ли эта тенденция в сегменте каршеринговых долгов? Сегодня не так много каршеринговых портфелей продается на торгах. С чем это связано?

— Если говорить про цессию на рынке каршеринга и кикшеринга, то пока что направление в России находится в состоянии формирования. Игрокам приходит понимание, что такой инструмент есть и им можно пользоваться.

Это связано со спецификой молодого бизнеса, так как изначально его модели в принципе не учитывали неизбежность коллекшн. Предполагалось, что клиенты не попадают в аварии, платят за аренду вовремя и так далее. Поэтому на данный момент блок существует в зачаточном положении, ведь это не банки и МФО, которые отслеживают ликвидность и стремятся снижать резервы. У каршеринга нет таких проблем, потенциально долг может тянуться и год, и два, и три, а потом при обращении клиента к сервису каршеринга «вернуться» ему без каких-либо санкций. Достаточно просто погасить имеющиеся обязательства. 

Однако мы видим потенциал у рынка цессии для каршеринга. Возможно, сейчас он не такой большой, но через какое-то время он будет достаточно интересный, несмотря на свои нюансы в сравнении с классическими цессиями. Например, если мы говорим про долг по аренде, то, приобретая портфели таких обязательств, вы принимаете еще и обязательства по уплате налогов по ним (НДС).

Еще нюанс — отсутствие единых стандартов при приобретении пакета документов. Если ПКО покупает банковский долг по цессии, то есть четкое представление по документам, которые будут переданы, и их формат. У нас же ситуация иная из-за того, что изначально коллекшн не был «зашит» в экономике аренды. Нередко материалы передаются долго, либо те документы, которые готовы, поступают в малых объемах.

Если компания выходит с предложением и обещает покупателю, что потом передаст весь необходимый массив данных, то цена, разумеется, будет ниже, чем та, за которую предполагалось продать. В текущем моменте это ключевые причины, по которым пока что каршеринговые компании в массе своей не готовы к цессии.

Предположу, что в будущем взыскание и тут будет стандартизировано, на что указывает понимание у игроков важности процесса. Создание внутренних отделов по работе с должниками — один из маркеров трансформации.

— В рейтинге «Рынка Взыскания» «ПКО-300», который рассчитывается на основе финансовых результатов компании за год (выручка плюс прочие доходы), «РимБорсо» за год прибавила 17 позиций. Что вы изменили по сравнению с 2023 годом, чтобы так вырасти?

— Космических секретов нет. Критерий успеха — профессиональная команда, которую мы формируем уже пять лет, привлекая людей, которые любят свою работу, несмотря на ее специфику.

Бизнес двигает не только команда, но и усовершенствование процессов с помощью роботизации. С 2023 года сотрудничаем с несколькими компаниями, которые предоставляют услуги HV-роботов. Мы совместно разрабатывали модели именно для каршеринга.

Второе — поиск новых ниш. «РимБорсо», конечно, специализируется на коллекшн в каршеринге, мы начинали с этого, но с 2021 года мы вышли на рынок агентских договоров с банками. Сейчас наша выручка — это не только каршеринг. Скорее 50 на 50 — каршеринг приносит только половину от того, что мы зарабатываем.

Третий базис — работа не только в России, но и за ее пределами. В 2024 году мы вышли на рынок в Центральной Азии — Таджикистан, в 2025 году — Узбекистан и планируем зайти на рынок Киргизии. Оцениваем эти направления как перспективные и планируем их развивать.